Как исправить Советскую площадь?

Пришлось на время отложить подготовку материала по развязке на Монументе Дружбы — ведь рассказать сейчас о ситуации на Советской площади гораздо важнее. Но начать погружение в тему предлагаю с забавного подтекста, заложенного в заглавии — про советскую площадь как тип — про такие площади трудно сказать что-то хорошее с точки зрения современных человекоориентированных тенденций, поскольку эти пространства крайне бесчеловечны. Послушаем, что на этот счёт говорит Оуэн Хатерли:

«Представьте широкий простор большой центральной площади: вы стоите посередине, ветер безжалостно бьет в лицо. Вокруг гигантские здания из гранита и бетона, построенные строго по центрально‑осевому плану. И располагаются в них, скорее всего, правительственные учреждения. Возможно, вас даже разглядывает скучающий оператор системы видеонаблюдения, греющий руки о кружку с кофе в кабинете где‑то поблизости, но вы‑то знаете, что лет двадцать с небольшим назад за вами могли следить настоящие агенты спецслужб. От этого пробирает мороз по коже, особенно если вам нравятся шпионские истории. На самой площади наблюдается какое‑то движение – служащие курят под навесами в обеденный перерыв, нищие просят милостыню, вокруг ларьков царит суета. А если вы в Восточной Германии или в бывшем Советском Союзе, то компанию вам составит еще и неодушевленный предмет – статуя Маркса или Ленина может просто стоять, а может сурово указывать на вас, порицая за тунеядство. В других странах акценты расставляют более традиционными методами: коринфской колонной или памятником правителю, усатому генералу. Ощущение огромного неиспользованного пространства тем не менее остается; отсюда и ветер, пронизывающие порывы которого рано или поздно вынудят вас укрыться в помещении. Нет, сама по себе площадь, конечно, представляет интерес как трехмерный пережиток ушедшей эпохи, как музейная реликвия. Однако это представление ошибочно – научиться чему‑нибудь в таком музее получится едва ли.»

Оуэн Хатерли «На площади. В поисках общественных пространств постсоветского города»

Историческая завязка 📜

Советская площадь в Уфе появилась относительно недавно (в 30-е годы ХХ в.) и прочно заняла место в регулярной сетке улиц исторического Центра. Сетка улиц городу досталась разреженная — поэтому транспортная нагрузка на Центр сейчас внушительная, в том числе через Советскую площадь проходят основные маршруты общественного транспорта на выезд из города.

Стало интересно — что было до Советской площади?

Советская площадь на современном плане исторического центра Уфы. © Семён Кучеров

Советская площадь на перекрестке улиц Пушкина и Советской возникла в советское время, первоначально все пространство нынешней площади между улицами Телеграфной (Цюрупы) и Губернаторской (Советской) занимали жилые дома и хозяйственные усадебные постройки. На нечетной стороне размещались домовладения пяти усадеб, самой значительной из которых были дома купца Артемия Нагарева на углу Пушкинской и Губернаторской. После смерти отца все дома перешли к сыну Павлу Нагареву, известному щедрыми пожертвованиями на строительство Аксаковского народного дома. В 1930-е гг. бывшая Нагаревская усадьба была снесена, на ее месте в глубине было построено четырехэтажное здание Госплана БАССР, к которому в послевоенные годы справа и слева были пристроены помещения, соединившие его со зданием Дома промышленности. С начала 1930-х по 1970-е гг. Советская площадь являлась главной административной, отсюда уфимцев провожали на фронты Великой Отечественной войны, здесь проходили встречи высоких гостей, праздничные демонстрации на 7 Ноября и 1 Мая и городские праздники, в том числе и новогодние елки. Позднее официальный городской центр переместился на площадь имени Ленина напротив здания Горсовета.

Источник: POSREDI.RU — https://posredi.ru/blog08_proga_9_pushkina_ul.html
… и на карте 1911 года вместо Советской площади я нашёл квартал Нагарёва, а на окраинах Центра — пару неизвестных мне периферийных площадей: Сенная, Дровяная…

И завершим погружение в самую глубь веков, когда город Уфа только-только начал выбираться из низины р. Сутолока на плоскогорье Уфимского полуострова, соединяясь с классической регулярной сеткой улиц и площадей:

Примеры успешных реконструкций 🞖

  1. Триумфальная площадь в Москве.
до реконструкции на площади было море машин
… и всегда — много асфальта, мало людей — нечего делать.
Триумфальная площадь после реконструкции

Мы выиграли конкурс с концепцией «пространства пустоты». Из элементов в первоначальном проекте были только карэ из лип по периметру, многофункциональная площадка с pop-up сидениями, минимум озеленения, водная гладь и три открытых павильона с качелями.
Потом мы в течение месяца дорабатывали проект для согласования в департаментах Москомнаследия, Транспортной политики, Мосгормосте и получения принципиального одобрения у Правительства Москвы.

Комментирует Юлия Бурдова, архитектор, руководитель мастерской Buromoscow

2. Барселона — сады вместо эстакад.

Раньше было так. Ветки железной дороги и метро шли прямо под окнами людей.
Теперь железная дорога спрятана в короб, на крыше которого разместился общественный сад-бульвар. Транспортные потоки от этого не уменьшились, а эстетика и цена жилья подросли во много раз.
Рядом с железной дорогой с садом на крыше проходит линия метро, с таким же бульваром наверху.

Как решать проблему?

Везде в постсоветских городах такая же ситуация с площадями, мы не одиноки в этой проблеме. © Семён Кучеров

Во-первых, следует понять, что площадь выполняет транспортную функцию наряду с культурно-событийной. Думаю, здесь нужно постепенно снижать поток индивидуального транспорта. При этом общественный транспорт пусть остаётся и остановка пусть будет по-прежнему на площади. Но нужно поднять сам уровень площади — и возможность экстренного проезда вдоль фасадов зданий оставить, но поставить подъёмные отбойники и сам «проезд» замостить как тротуар на «музейной улице» в Лондоне:

Особенность данной улицы — отсутствие бордюров и проезжей части как таковой — скорость движения водители подбирают сами, видя насколько плотное пешеходное движение и что они находятся не на «своей территории». Получается безопасная улица с успокоенным движением, но нам отсюда можно взять метод объединения проездов и тротуаров.

Ещё немного про транспорт: необходимо разгружать Центр, в том числе район Советской площади от транзитного перепробега автомобилей из района в район и на выезд из города — в той же Барселоне действует подобная программа избавления от транзитного траффика:

Барселонское движение до постройки кольцевых дорогх (1986) и после — в 2010 г. Источник: Городской совет Барселоны.

Сау площадку Советской можно организовывать по-разному: это зависит от концепции и акцентов внимания, зон тишины и созерцания наряду с активными пешеходными и культурно-досуговыми потоками. Кроме того, необходимо так же как на Триумфальной предусмотреть некие павильоны и легкосборные конструкции для проведения мероприятий. Если нужно активное направление движения — можно акцентировать пешеходное движение по улице Губернской (ныне Советская) мимо исторических зданий Банка (нац.музей) архивов, училищ к губернаторскому домику и парку в прибрежной зоне

Улица Губернаторская. Уфа. Фото начала XX в.

При этом может получиться хороший экологический каркас — зелёная зона, которая как раз объединит Центр — та самая пешеходная улица с активностями, о которой все так мечтают…я сейчас не говорю об отрезке ул. Ленина — это ненастоящая пешеходная улица. Может настоящая пешеходная — это как раз и будет ул. Советская? А Советская площадь — центральное ядро этой зелёной зоны…

Для «плавающих» и свободных зон можно оставлять широкие плоскости озеленения, водной глади… или даже своеобразные архипелаги деревьев — как в Цюрихе, например:

Пример совмещения транспортной функции и концепции «парка-архипелага»: Tessiner Platz, Zürich

Итог

В завершение всего вышесказанного хочу добавить: необходим конкурс. На концепцию развития не только Советской площади, но и прилегающих улиц вкупе с реорганизацией дорожного движения. И, возможно, это успокоит автомобильное движение и привлечёт людей больше гулять пешком по центру. Как вариант — можно высадить деревья и организовать свободный проход от ул. Октябрьская революции, которая берет начало от Гостинного двора (классическое ядро исторического центра Уфы) до самого берега р. Белая через тенистые улицы и скверы у домов Парламента (Курултай) и правительства Башкирии.

Материал подготовил: Семён Кучеров, архитектор ООО АБ «Проспект»

Источники:

  1. На площади. В поисках общественных пространств постсоветского города — Оуэн Хатерли
  2. https://posredi.ru/blog08_proga_9_pushkina_ul.html
  3. https://archsovet.msk.ru/article/gorod/obnovlennaya-triumfal-naya-ploshhad-vidimyy-rezul-tat-konkursnoy-praktiki
  4. https://architizer.com/projects/kic-park/
  5. https://www.archilovers.com/projects/143547/kic-park.html
  6. https://www.archdaily.com.br/br/01-19932/resultado-concurso-internacional-tratamento-integral-de-5-espacos-publicos-no-centro-historico-de-lima?ad_medium=gallery
  7. http://www.af-z.ch/ausstellungen/landscape/
  8. http://81.47.175.201/project-protocol/index.php/barcelona-ring-roads
  9. https://varlamov.ru/3246716.html

Уфа-2040, обсуждение вариантов.

В минувшую пятницу, 8 ноября 2019 в стенах Главархитектуры прошло обсуждение трёх вариантов концепции развития Уфы в рамках готовящегося генерального плана на срок до 2040 года. Варианты презентовали сами разработчики из Института генплана Москвы и архитектурного бюро «Остоженка», прозвучало также название института «Гипрогор». Кто у кого на подряде и кто в итоге сейчас занимается разработкой генплана — дело десятое, мутное и неясное — в общем-то и не так важно… Главное — это варианты развития Уфы, их суть кратко докладывали профессинальному сообществу.

Генеральный план Уфы обойдется мэрии в более чем 90 млн рублей. Его планируют закончить к концу следующего года. Документ определит облик башкирской столицы на 20 лет вперед. Всего нам представили 3 варианта развития города: интенсивный, экстенсивный и смешанный. Сначала докладывал «Института генплана Москвы» — они представили гибридный «многоядерный» сценарий развития города (1-ый). Остальные два варианта докладывали: центробежный сценарий — институт «Гипрогор» (2-ой); компактный сценарий — архитектурное бюро «Остоженка» (3-ий).

  1. Функциональная насыщенность и баланс. «Уфа по площади – почти как Москва в пределах МКАД, а по населению – в десять раз меньше», – с таких предпосылок начал выступление представитель «Института генплана Москвы». В Уфе освоено под застройку 25 тысяч гектаров, не освоено 42 тысячи, из которых еще 17 тысяч гектаров сельхозугодий ждут освоения…
  2. Транспортная мобильность. «В городе проживает 1 млн. 200 тыс. активных пользователей по оценке мобильных сетей; по этим данным будет выстроена транспортная модель города с использованием программного комплекса «Эмми». Уже сейчас число пользователей личным автомобилем достигло цифры 290 / 1000 жителей и продолжает неуклонно расти… По прогнозам до 2040 минимальная цифра составит 310 авто/1000 жителей; максимальная — 390 авто/1000 жителей.
  3. Баланс личного и общественного транспорта. Целевые показатели, которых планируется достичь в конце 2040 года — это 60% общественного транспорта на 40% индивидуальных автомобилей. На первую очередь реализации генплана планируется достичь показателей 55/45. Планируется развивать трамвайную систему вне зон подтопления, т.е. на уфимском полуострове, а на периферии — БРТ (сеть линий скоростного метробуса, как в Боготе)
Пример системы БРТ. https://arzai.livejournal.com/27896.html

Мероприятия по развитию транспортной инфраструктуры. Помимо автобусов и трамваев, планируется «развивать систему внутригородских электричек — организовать 13 ТПУ с подвозом населения на общественном транспорте…» Считаю, что с учётом частоты курсирования грузовых составов по нашим существующим ж/д путям вдоль р. Белой — крайне сомнительное предложение, а строить дополнительные пути для «електричек» ещё более сомнительное мероприятие.

Мероприятия по развитию транспортной инфраструктуры

Вобщем, строительство 9 мостов, 27 развязок, 250 км улиц и дорог, 8 ТПУ и 4 новых ж/д станций. Об этом чуть ниже в конце статьи расскажу поподробнее — про крупные инфраструктурные проекты.

4. Сбалансированное развитие центра и периферии города. Планируется полицентричное развитие города, снижение плотности застройки от центра к периферии в 12 разрозненных территориях, которые и должен соединить транспортный каркас.

«Город очень вытянут — растянутость коммуникаций, районов, их нужно обеспечивать связями, общественным транспортом, создавать социальные объекты. Интенсивность застройки должна быть адекватна отдельным районам и территориям. «

Максим Викулин, руководитель архитектурно-планировочной мастерской Института Генплана Москвы
  1. Центр. 17 тыс. жителей, 10 тыс. рабочих мест. Изолирован в западном направлении крутым берегом реки Белая. Решение: развитие в сторону северо-запад (район Нижегородки) и юго-восток (т.н. Старая Уфа с веерной планировкой и оврагами)
  2. Нижегородка. 10 тыс. жителей, 13 тыс. рабочих мест, 708 га, 3000 домовладений — отсюда много затрат на реорганизацию территорий по Генплану 2006 года, рекомендуется отказаться от полной перестройки. Обратить внимание на прибрежную зону и механизмы комплексного и устойчивого развития.
  3. Старая Уфа. 147,6 тыс. жителей, 54,5 тыс. рабочих мест. Регламентация зон ОКН
  4. Срединный пояс. 228 тыс. жителей, 69 тыс. рабочих мест. Застройка вдоль проспекта Октября до Индустриального шоссе. Планируется организовать подцентр в районе Горсовет-Театр Кукол с выходом застройки на берег реки Белой (что в принципе уже реализуется, «Зелёный берег»).
  5. Сипайлово-Лихачевский промузел.
  6. Черниковка. «Архитектурный заповедник» — необходимо чётко регламентировать высотность и тип застройки, определить охранные зоны ОКН. Активная работа с «буферными зонами» на периферии района.
  7. Северный сектор. 19 тыс. жителей. Промышленные территории, неясно дальнейшее развитие (?) — в дальнейшем на эту был вопрос из зала от уфимских архитекторов — как предполагается рекультивировать, например, Химпром?
  8. Шакша 25 тыс. жителей. Необходим новый фокус развития.
  9. Юго-восточный сектор 20 тыс. жителей. Необходим новый фокус развития на пересечении крупных «вылетных» магистралей
  10. Южное направление 7,4 тыс. жителей, 19 тыс. рабочих мест. Пригородные территории должны постепенно включаться.
  11. Дема 76 тыс. жителей, 19 тыс. рабочих мест. В первую очередь необходимы мосты для жилых районов на 200-250 тыс. человек в перспективе — один бельский мост не справится, пусть даже и расширенный до 6-ти полос в каждую сторону.
  12. Затон 12 тыс. жителей, 11 тыс. рабочих мест. Самое выгодное положение напротив центрального вокзала в непосредственной близости от центра. Необходим дополнительный мост и выход на берег реки в районе вокзал-нижегородка.

В итоге: необходимы точки роста в каждом секторе. Уфа и так, по существу, полицентрическая агломерация. Центр, Черниковка, Сипайлово, Инорс, Дема являются в ней вполне самостоятельными урбан-единицами, слабо соединенными между собой транспортом. Дополнительную сложность придает рельеф и реки. Один из экспертов назвал столицу Башкортостана одновременно Межгорьем и Межречьем – напоминая о том, что уфимский полуостров втиснут между двумя реками (плюс третья – Сутолока – течет между ними), а рельефы местности позволяют считать город еще находящимся на не холмах, а на самых настоящих горах.

http://pravdapfo.ru/articles/94376-novyy-genplan-prevratit-ufu-v

5. Сохранение-трансформация-развитие наследия. 700 объектов культурного наследия (ОКН), но лишь на 49 из них есть полностью оформленные зоны охраны, чем сейчас и пользуются застройщики. Явление «фасадизм», не очень хорошее — когда от исторического здания остается лишь фасад и за ним вырастает высотка. За 30 лет утрачено более 100 ОКН.

Предлагаем выделить 3 исторических ядра:

1. Старая «веерная» Уфа — наподобие иркутских кварталов. 43 га — консервация; 160 га — развитие; 48 га — благоустройство (например, начать с набережных р. Белая и р. Сутолока — как предлагалось по итогам конскурса Экоберег)

2. Регулярный центр — с чёткой регламентацией зон ОКН , регламентацией плотности и высотности застройки

3. Черниковка — с чёткой регламентацией зон ОКН, регламентацией плотности и высотности застройки

Остальные два варианта — экстенсивный и интенсивный сценарии — далее докладывали институт Гипрогор + архитектурное бюро Остоженка.

Сценарий максимально экстенсивного развития, который по своей сути ничем не отличается от существующего Генплана Уфы, рассказал институт Гипрогор с упором на развитие транспортных артерий между разрозненными районами города. Ядром концепции являются три темы:

  1. Транспортный узел Запад-Восток
  2. Промышленный центр Уфа
  3. «Научный центр» — скопление институтов и учебных заведений

Отметили также, что в городе Уфа высокий уровень смертности — в год 12 чел/ 1000 жителей; нужно снижать этот показатель хотя бы до 8 чел/ 1000 в год. Кроме того, общая численность населения города начиная с 2008 года неуклонно растёт и составит 1 млн. 300 тыс. человек к 2040 году, что в принципе, коррелируется с прогнозами из предыдущего доклада института генплана Москвы.

Необходимо развивать селитебный каркас города за счёт потенциальных 4,7 тыс. га на строительство 13,9 млн. кв.м. жилой застройки за 20 будущих лет — это по 600-700 тыс. кв.м. в год. Норма жилой площади повысится с 24 до 31 м2/чел, а общий объём жилого фонда достигнет 40 млн. кв.м. Но вместе с тем нужно построить 60 объектов социальной инфраструктуры, потому что треть всех жилых домов находится в ненормативном радиусе доступности от детских садов и школ — нужно +55 детских садов. В шумовой зоне загрязнения также проживают 12 тыс. человек (в основном, район Аэропорт).

Крупные инфраструктурные проекты.

Нужно подтвердить статус региональной столицы — культурной, транспортной, промышленный центр — в уже существующих границах города. В сравнении с Генпланом-2006, несколько изменить трассировку основных связей периферии с центром, мостовых переходов и развязок — в частности, Западный и Восточный обходы Уфы. Западный довести только до Затонского моста, не тянуть до самой Черниковки. Предполагается строительство мостов через Белую в створе ул. Интернациональная (Черниковка), ул. Пушкина (в Затон) и через Нижегородку (в Дёму).

Около 170 тысяч жителей Демы, Затона, Забелья, Зауфимья, Шакши живут за пределами Уфимского полуострова и ежедневно приезжают на его территорию на работу или учебу. К 2032 году транспортный поток на выезде у Монумента Дружбы, по прогнозам, превысит 250 тысяч автомобилей в сутки. 

Временным решением проблемы на данный момент является строительство третьего моста в виде вставки между двумя существующими — в результате мы получим 12 полос на вьезде в город. Необходимы дополнительные мосты в первую очередь на данные направления. Мост в створе улицы Интернациональной, а также мостовые переходы, связывающие Дему с Нижегородкой и трассу Уфа-Аэропорт с Кузнецовским затоном, могут быть построены с участием китайских инвесторов.

Мост свяжет села Алексеевка и Михайловка с Уфой. Главгосэкспертиза уже одобрила проект, разработанный московским «Институтом Гипростроймост».
Сам проспект Салавата Юлаева планируют увеличить до улицы Сельской Богородской. Это позволит без пробок добираться из центра города в промзону и обратно.

В конце февраля этого года ООО «Башкирская концессионная компания» (дочерняя структура Группы ВТБ) и Правительство РРБ подписали протокол о взаимодействии по реализации концессионного проекта «Восточный выезд» в Уфе. В обязательства концессионера будет входить завершение тоннеля, строительство мостового перехода длиной 2,5 км, автодороги протяженностью 14 км, примыкающей к федеральной трассе М-5, создание пунктов взимания платы, системы управления движением и специализированного дорожно-эксплуатационного предприятия. Срок реализации проекта рассчитан на 25 лет, а общая стоимость оценивается в 32 миллиарда рублей.

Подробнее на РБК:
https://ufa.rbc.ru/ufa/31/03/2017/58dd0d469a7947339dcbd651

Разработку проектной документации по Восточному выезду ведёт ЗАО Институт «Трансэкономпроект»

В проект входит строительство тоннеля протяженностью 1,2 километра, 2,5-километрового моста и продление его десятикилометровой дорогой. Первые несколько лет проезд по дороге будет платным

«По мостам стратегия есть, Уфу в этой части будем спасать»

глава Башкирии Радий Хабиров.

Последними докладывали специалисты АБ «Остоженка» — яркая концепция строительства только лишь в пределах Уфимского полуострова была представлена с чувством, однако докладу не хватало конкретных данных, как у «Гипрогора». Один из экспертов назвал столицу Башкортостана одновременно Межгорьем и Межречьем – напоминая о том, что уфимский полуостров втиснут между двумя реками (плюс третья – Сутолока – течет между ними), а рельефы местности позволяют считать город еще находящимся на не холмах, а на самых настоящих горах.

Показывали быстро — не успел нормально сфотографировать: общая идея «Остоженки» — два городских ядра, которые развиваются в сторону берегов рек Белая и Уфа для испльзования природного потенциала шикарных набережных и панорамных видов.

Специалисты проработали три концепции: «Западный берег», «Архипелаг», «Уфа в Уфе». По первому варианту идёт приоритет развития Западного и Восточного Затона; для второго развитие ведётся по предложению института генплана Москвы в формате многоядерной агломерации; в третьем варианте предлагается разместить разные типы застройки только в пределах Уфимского полуострова.

Собравшимся в зале Главархитектуры был представлен причудливый взгляд на территорию Уфы во временном разрезе: получалось, что территория у Монумента Дружбы застраивалась по нормам XVIII века, нынешний деловой центр – по стандартам XIX-го, Черниковка представляет собой образец планировочной мысли урбанистов XX-го, проспекту Октября и Сипайлово достался статус застройки XXI века.

http://pravdapfo.ru/articles/94376-novyy-genplan-prevratit-ufu-v

«Город рос, рос и «взорвался» — микрорайоны-«осколки» вылетели за пределы Уфы, которые теперь нужно связывать дорогами, инженерными коммуникациями…» — а на самом деле — лучше сосредоточить все усилия на недоиспользованных территориях в пределах полуострова — по словам уфимского архитектора Павла Мазина, комментировавшего данный доклад, при застройке 5-7 этажными домами можно обеспечить жильём 2 млн. жителей! И это без всякого расширения за границы города.

Уфе необходим планировочный, транспортный, экологический каркасы. Транспортный каркас нужно усилить за счёт развития улично-дорожной сети (УДС) и мостов. Четыре основных моста:

  1. мост в створе ул. Интернациональная (север)
  2. мост в створе ул. Пушкина (Нижегородка)
  3. мост в створе ул. Революционная (Нижегородка)
  4. мост в створе ул. Янаби (ДОК)

«Зелёные» ядра. Необходимо остаться в границах рек, организовать из прибрежных лесов парки «зеленые клинья» между будущей застройкой, которая должна выйти на «кромку» речных берегов. Необходимы связи в поперечном направлении «запад-восток»; как раз за счёт бульваров, парков, скверов и улиц можно образовать экологический каркас города. Экопарки «Затонский» (в Затоне) и «Манчжурский орех» (Лихачевский промузел)

Планировочный каркас. Состоит из 7-ми планировочных зон:

  1. в центральной городской зоне
  2. научный северный центр
  3. исторический центр Черниковка
  4. Белоручейный центр Восточный Затон
  5. Западное Заречье (Миловка, Дёма)
  6. Цветы Башкирии
  7. Калининские территории (лихачёвский промузел и парк калинина — буферная зона Черниковки)

Комментарий.

В целом, у архитектурного сообщества есть мнение, по поводу цели составления генплана — освоение забельских территорий Дёмы, Миловки, Затона в первую очередь за счёт строительства дополнительных мостов, которые проходят транзитом через «бросовую» территорию Нижегородки. А определение охранных зон ОКН и регулирование застройки в центре — крайне наукоёмкая и сложная, но необходимая задача — в отличие от простоты строительства новых районов «в поле». Разумеется, бросать уже построенные «трубы» к новым районам не стоит, и транспорт довести на периферию тоже необходимо, но это не должно явиться основной целью.

Материал подготовил: Семён Кучеров, архитектор ООО АБ «Проспект»

Источники:

1. https://www.kommersant.ru/doc/3938705

2. https://www.kommersant.ru/doc/3938904

3. https://www.kommersant.ru/doc/3951600

4. https://ostarch.ru/main/projects/irkutsk

5. https://genplanmos.ru/publication/2019_08_23_novyy_genplan_ufy_predstavyat_2020_godu/

6. https://utv.ru/material/moskovskie-urbanisty-gotovyat-genplan-ufy-kakim-budet-gorod-cherez-20-let/

7. http://pravdapfo.ru/articles/94376-novyy-genplan-prevratit-ufu-v

8. https://www.ufa.kp.ru/daily/26884.4/3927412/

9. https://ufa1.ru/text/transport/65403431/

10. https://proufu.ru/news/society/86636-v_ufe_planiruyut_postroit_most_mezhdu_demoy_i_nizhegorodkoy/

11. http://ufatime.ru/news/2019/09/21/v-ufe-poyavyatsya-novye-mosty-vlasti-poobeshali-nachat-spasat-ufu-v-etom-plane/

12. https://ufa.rbc.ru/ufa/31/03/2017/58dd0d469a7947339dcbd651

13. https://mkset.ru/news/economy/23-11-2018/proekt-vostochnogo-vyezda-iz-ufy-proshel-gosekspertizu-so-vtoroy-popytki

14. https://mkset.ru/news/economy/03-10-2017/skolko-budut-platit-iz-byudzheta-bashkirii-za-vostochnyy-vyezd-v-ufe

15. https://mkset.ru/news/economy/05-06-2017/kak-budet-dostraivatsya-vostochnyy-vyezd-v-ufe

16. https://glavarb.ru/rus/press_serv/novosti/65627.html

17. https://www.youtube.com/watch?v=4FfmYcHgGDA

18. http://www.bashinform.ru/news/1176004-pravitelstvo-bashkirii-obsudilo-s-turetskim-genpodryadchikom-voprosy-stroitelstva-vostochnogo-vyezda/

19. https://www.kommersant.ru/doc/3893130

20. https://www.kommersant.ru/doc/4099020

21. http://www.bashinform.ru/news/1356547-bashkiriya-peresmatrivaet-usloviya-po-finansirovaniyu-vostochnogo-vyezda-v-ufe/

22. http://www.bashinform.ru/news/1176004-pravitelstvo-bashkirii-obsudilo-s-turetskim-genpodryadchikom-voprosy-stroitelstva-vostochnogo-vyezda/?sphrase_id=11075722

23. https://arzai.livejournal.com/27896.html

24. https://ufa.rbc.ru/ufa/31/03/2017/58dd0d469a7947339dcbd651

25. https://www.transecoproject.ru/projects/637/?clear_cache=Y

26. http://ufa.bezformata.com/listnews/strategicheskie-obekti/72574496/

27. http://ufa.bezformata.com/listnews/ufe-tri-novih-mosta/72391231/

28. http://ufa.bezformata.com/listnews/tcelepolaganie-strategiya-i-genplan/71598034/

29. http://ufa.bezformata.com/listnews/rublej-na-stroitelstvo-vostochnogo-viezda/72459342/

30. http://ufa.bezformata.com/listnews/habirov-o-vostochnom-viezde-iz-ufi/72537291/

31. https://www.skyscrapercity.com/showthread.php?p=66134799&langid=7

Джон МакКлейн — уроки неправильного использования архитектуры.

(на основе статей «Nacatomi space» и «Dr. No, Die Hard, and Deleuze: Mechanical Spaces and Movies», на обложке: «Nakatomi Footprint» Anthony Petrie)

Лет пять назад, наткнувшись на статью писателя Джефф Мано про особое пространство — Nakatomi space — я и представить не мог, насколько замечательная идея за этим скрывается. Долгое время я не задумывался о том, почему мне нравятся те или иные фильмы. Оказалось, что во всех этих фильмах речь шла про нестандартное прочтение привычной архитектуры зданий, остроумное использование инженерных коммуникаций и достижение цели самым невообразимым образом. Невидимое пространство сетей и переходов, которое обычно не используется для передвижения из точки А в точку Б — Джон МаккКлейн соединяет их в свою собственную, отдельную архитектуру коридоров и шахт, скрытую от постороннего взгляда и потому безопасную для ведения партизанской борьбы.

Герой фильма «Крепкий орешек» бросает вызов любой архитектурной программе. Достаточно просто наблюдать за тем, как Джон ползает, бегает, прыгает, пробирается сквозь пространства и перемещается по зданию, словно гений архитектуры, достаточно, чтобы насладиться Die Hard. Die Hard (1988) — это поп-культурное сокращение; это простая, хорошо известная всем отсылка, которая может использоваться для передачи сложных идей — даже между архитекторами, которые любят усложнять вещи. Когда мы спросим: «Вы имеете в виду, как в «Крепком орешке?» — все сразу понимают о чём именно идёт речь. Мы имеем в виду, что кто-то с надлежащей мотивацией может ползти по механической системе этого здания, которое предназначено не для человеческого тела, а скорее для эффективной обработки воздуха, и тайно войти, например, в эту комнату. Это именно то , что мы имеем в виду, когда говорим «как в «Крепком орешке».

знаменитый кадр, который Fox недавно удостоил фреской на студии.

В течение фильма Макклейн взрывает целые секции здания; он останавливает лифты между этажами; и он иначе исследует внутренние пространства Nakatomi Plaza в актах виртуозной навигации, которые архитекторы не представляли и не планировали. Это инфраструктура практически неограниченного движения в материальной структуре здания.

Фильм, возможно, можно было бы озаглавить «уроки неправильного использования архитектуры», если бы он не был умышленно претенциозным. Но даже члены команды спецназа, которые безуспешно совершают набег на сооружение, идут по нему по косвенным маршрутам, маршируя через ландшафтный розарий по периметру здания, и террористы, которые в первую очередь захватывают контроль над Nakatomi Plaza, делают это после прибытия через служебный вход подземной автостоянки.

Спецназ пробирается к Nacatomi Plaza через кусты роз.

Макклейн исследует башню Nakatomi Plaza, через лифтовые шахты и воздуховоды, врезается в окна снаружи и стреляет в замки дверных проемов на крыше. Если нет коридора, он делает его; если нет двери — скоро будет.

Джон МакКлейн всегда находит открытый выход, даже если он пока закрыт.

Пространство Nacatomi space — отличный термин для описания сложных и неоднородных пространств, называемых в философских трудах Жиля Делёза и Феликса Гваттари «клубеньковой реальностью», «ризоматическим пространством», которое по своей сути является теоретическим неиерархическим пространством, построенным из сложных связей и множества точек доступа. Но теорию намного легче понять, когда представляешь как МакКлейн прорубает себе путь из одной комнаты в другую сквозь стены, поэтому давайте просто придерживаться термина Nakatomi Space:)

начальные кадры Die Hard (1988)

Джон МакКлейн не единственный, кому удавалось проходить сквозь стены — автор статьи упоминает эпизод в конце недавнего фильма «Дни славы» Второй мировой войны, в которой мы видим, как немецкий солдат прокладывает себе путь горизонтально через дом, стена за стеной, используя свою базуку как тупой инструмент архитектурной перестройки. — «Приспосабливая соответствующее пространство к его потребностям», можно сказать, и преследуя французские войска, не ограничиваясь дверями или лестницами.

Эяль Вейцман иллюстрирует другую сторону этого ужасающе неприятного опыта, цитируя статью, первоначально опубликованную во время антитеррористической операции «Защитная стена», проведённой Армией обороны Израиля в палестинском Наблусе 2002 года. Здесь палестинская женщина, чей дом подвергся нападению, рассказывает о том, как она засвидетельствовала эту технику:

Вообразите это — вы сидите в своей гостиной, которую вы так хорошо знаете; это комната, где семья вместе смотрит телевизор после ужина. , , , И вдруг эта стена исчезает с оглушительным ревом, комната наполняется пылью и обломками, и сквозь стену льется один солдат за другим, кричащие приказы. Вы не представляете, преследуют ли они вас, пришли ли они, чтобы захватить ваш дом, или ваш дом просто лежит на пути к чему-то еще. Дети кричат, паникуют. , , , Можно ли даже начать представлять себе ужас, который испытал пятилетний ребенок, когда четыре, шесть, восемь, двенадцать солдат, их лица выкрашены в черный цвет, пистолеты-пулеметы направлены повсюду, антенны торчат из рюкзаков, из-за чего они выглядят как гигантские инопланетные жуки, прорваться через эту стену?

из эссе Эяля Вейцмана «Теория смерти»

Эссе Эяля Вейцмана под названием «Смертельная теория», по словам писателя Джеффа Мано является одним из лучших и наиболее значимых архитектурных текстов прошлого десятилетия.

В нем Вейцман, израильский архитектор и известный критик территориальной политики этой страны, документирует многие из возникающих пространственных методов, использованных израильскими силами обороны в их высокотехнологичном, юридически сомнительном вторжении в Наблус в 2002 году . Во время этой битвы, пишет Вейцман, «солдаты двигались по городу через сотни метровые« надземные туннели », вырезанные из плотной и непрерывной городской ткани». Таким образом, их движения были почти полностью замаскированы, а движения войск были скрыты сверху благодаря всегда оставаться внутри зданий, «Хотя несколько тысяч солдат и несколько сотен палестинских партизан одновременно маневрировали в городе, — добавляет Вейцман, — они были настолько «вплетены» в его ткани, что очень немногие солдаты были бы видны с высоты птичьего полета в любой данный момент».

Особого внимания заслуживает ссылка Вейцмана на технику, которая называется «хождение по стенам»:

Кроме того, солдаты не использовали ни улиц, дорог, переулков или внутренних дворов, которые составляют синтаксис города, ни внешних дверей, внутренних лестничных клеток и окон, которые составляют порядок зданий, а перемещались горизонтально через партийные стены, и вертикально сквозные отверстия в потолках и полах.

Вейцман продолжает беседовать с командиром израильской десантной бригады. Командир описывает свои силы как действующие «как червь, который проглатывает путь вперед, появляясь в точках и затем исчезая. Таким образом, мы удивительным образом перемещались изнутри домов в их экстерьер, и в тех местах, где нас не ожидали, прибывая сзади и поражая врага, который ждал нас за углом».

Именно так войска могут «приспособить соответствующее городское пространство к нашим потребностям», объясняет он, а не наоборот.

Действительно, командующий, таким образом, призывал свои войска к следующему: «Другого пути передвижения нет! Если до сих пор вы привыкли двигаться по дорогам и тротуарам, забудьте об этом! Отныне мы все идем сквозь стены! »

Old City Nablus. Операция по обезвреживанию 70-ти террористов. Восстановленные изображения со слайдов презентации Симона Нави в Тель-Авиве © Семён Кучеров

Эта тактика «мышиных нор» была описана Луи Огюстом Бланки, французским бунтарём, в «Инструкции к вооружённому восстанию», а впервые упоминалась в 1848 году в книге «Война улиц и домов» маршала Тома Робер Бюжо. Бюжо советовал использовать воинские подразделения вместе с инженерными, чтобы обходить открытые места, которые могут быть забаррикадированы или небезопасны из-за горящих зданий. Он считал, что нужно создавать альтернативное направление для вовлечения врага в бой — рыть траншеи от здания к зданию, перемещаться из помещения в помещение внутри самих строений и таким образом брать улицы с флангов (см. Шарон Ротбард. «Белый город, Черный город. Архитектура и война в Тель-Авиве и Яффе», С.116).

Caterpillar D9 — тяжёлый  армейский бульдозер.

В качестве инженерной поддержки и проходческого щита сквозь стены домов в израильской армии использовали бульдозер D9. Палестинские боевики вскоре обнаружили то, что остановить из переносного оружия несущийся на тебя армейский бульдозер с поднятым отвалом практически невозможно. Имея только две возможности — быть похороненным под развалинами или сдаться, большинство предпочитало сдаться. Смертоносный и эффективный D9R, несмотря на некоторую неэтичность своего применения, останется на службе ещё многие годы. Иронично, но инженеры Армии Обороны Израиля дали бульдозеру имя Дуби («דובי»), что на иврите означает плюшевый медвежонок.

«Прогулка сквозь стены», таким образом, становится своего рода военизированным паркуром . Примером привычного паркура — перемещения между домами без использования лестниц и лифтов — является серия фильмов «13-ый район» (см. кадр ниже).

David Belle Dalam Film District B13. Credit: wearetheguard.com/

Недавние фильмы, такие как «Ультиматум Борна» , « Казино Рояль» , « Район 13» и многие другие, можно рассматривать именно как городскую реализацию архитектурного сценария «Крепкого орешка» . Даже « The Bank Job» (на самом деле, любой фильм о ограблении банков, в котором задействованы туннели) делает этот вейцманианский подход к городскому пространству довольно явным.

Есть много других классических кинематографических изображений механического пространства. Почти весь жанр ограбления включает в себя проникновение через хотя бы один воздуховод, шахту или забытый туннель. Фильмы « Миссия невыполнима» (1996) заново открыли «Пространство Накатоми» для нового поколения, представив новые способы пройти через службы и безопасность здания. Римейк Oceans 11 (2001) также поднял ставку, взломав одно из самых безопасных хранилищ в Вегасе. В Ограбление на Бейкер-Стрит (2008) и день, когда они ограбили Банк Англии(1960), грабители используют забытую инфраструктуру города. Во всех этих фильмах использование «пространства Накатоми» раскрывает одну из величайших слабостей архитектуры: оптимистическую наивность архитектора, то есть веру в то, что здание будет использоваться так, как оно было задумано, и что оно не может использоваться для более гнусных — или иногда героических — целей. Возможно, мы могли бы даже считать эти нарушения обычных границ актом архитектурной критики.

В Towering Inferno (1974) фигурирует такой же героический герой, архитектор Дуг Робертс (его играет Пол Ньюман с почти героическим апломбом Рэнда), маневрирующий в «Nacatomi Space» самого высокого здания в мире. Вместо того, чтобы уклоняться от преступников, он уклоняется от пламени и взрывов, вызванных неисправными механическими и электрическими системами самого высокого здания в мире. Поскольку огонь распространяется на 138-м этаже башни, Робертс ползет по механическим проходам и поднимается по шахтам лифтов самого высокого здания в мире, переходя от пола к полу, чтобы в одиночку спасти женщин и детей — и, конечно же, попытаться спасти его здание. Для всемирно известного архитектора он имеет замечательную информацию о своем здании и его технических характеристиках, и путешествие по внутренней инфраструктуре проливает свет на дополнительные факты его строительства, вызвавшие этот пожар. Здание изменяется в результате пожара — Робертс приспосабливается, он импровизирует. Лифты становятся смертельными ловушками, но шахты лифтов становятся основным режимом вертикальной циркуляции. Робертс видит, что его здание разрушается почти во всех возможных случаях из-за его неисправных механических систем. Но башня была бы невозможна без этих систем. И не только Towering Inferno, но и каждая башня. Без лифта и вентиляции и кондиционирования большинство наших зданий не будет выше пяти этажей.

Один из главных героев  Начала , молодой архитектор, который создает мечты и, используя магию научной фантастики, буквально строит дворцы памяти — проявления древнеримского мнемонического устройства — в сознании других людей. Во время кульминации фильма метко названная Ариадна создает почти неприступную бруталистскую ледяную крепость, по лабиринтам которой может ориентироваться только ее команда высококвалифицированных воров-снов. Но так как план неизбежно идет наперекосяк, и на команду нападают ментальные конструкции, созданные в уме их предполагаемой цели, выясняется, что было создано непредвиденное обстоятельство, чтобы прорубить сложный архитектурный лабиринт с секретной сетью больших вентиляционных каналов, которые якобы не служат никакой цели, кроме тайного входа. Еще раз — инженерное пространство становится основным способом воздействия, чтобы подорвать архитектуру.

Джеймс Бонд ползет по воздуховодам, чтобы сбежать из тюрьмы доктора Но — как и предполагал злобный доктор.

В романе Яна Флеминга « Доктор Нет» Джеймс Бонд буквально бежит от одного врага в пасть к другому, когда его берут в плен на маленьком острове и бросают в меньшую серую камеру, «стены которой были совершенно голыми, за исключением толстой вентиляционной решетки провод в одном углу чуть ниже потолка ». Бонд, будучи супер-шпионом, видит в вентиляции возможность сбежать. К сожалению, дьявольский доктор Но не планировал этого. На самом деле, он хотел , чтобы Бонд сбежал через воздуховоды, поскольку он превратил свою механическую систему в сложную полосу препятствий, предназначенную для пыток и убийства шпиона. 

Только сравните парадоксально неподвижную, амнезийную географию Джеймса Бонда со сжатыми пространствами фильмов Джейсона Борна, снятых Полом Гринграссом. Эти фильмы «установлены в Шенгене », пишет Джонс, «подключенный, безграничный Mitteleurope, который можно взломать, получить к нему доступ и проследить — не без усилий, но с решимостью, украденными транспортными средствами и правильным расписанием поездов». Действительно, Джонс предполагает, что «Борн обвивает города, автобаны, паромы и поезда вокруг него как бронированные доспехи».

Вместо частной инфраструктуры Бонда [из] дорогих автомобилей и игрушек, Борн использует государственную инфраструктуру в качестве сверхброни. Потрепанные часы и точное расписание U-Bahn — все, что ему нужно для совершенно своевременного, смертельно опасного уклонения от властей.

Бонд и Борн используют пространство города совершенно по-разному, но к этой двойственности я бы добавил Джона Макклейна из оригинального Die Hard . Однако во всех трех случаях — с Бондом, Борном и Макклейном — именно голливудские боевики показывают нам нечто очень важное о том, как можно узнавать, использовать и управлять городами: эти фильмы заполнены импровизационными смыслами, которые перекликаются с «Теорией смерти» Эяля Вейцмана.

Кадр из фильма Коломбиана (2011). Основные претензии критиков касаются внешнего вида таких вентиляционных коробов — они слишком чистые и без острых краёв и стыков 🙂

В завершение обзора столь необычного использования архитектурных пространств «вне дизайна» приведу забавный список фильмов отсюда, исключительно про нестандартное использование вентиляционных шахт:) Это фильмы Colombiana (2011) , Mission Impossible (1996) Die Hard (1988) Beyond the Black Rainbow (2010)

Литература

  1. Nakatomi Space written by Geoff Manaugh
  2. Dr. No, Die Hard, and Deleuze: Mechanical Spaces and Movies written by Jimmy Stamp.
  3. Gilles Deleuze and Felix Guatari, A Thousand Plateaus, trans. By Brian Massumi (Minneapolis, MN: University of Minnesota Press, 1987): 6-7
  4. “Lethal Theory” by Eyal Weizman